Top.Mail.Ru
29 August
7 p.m. / Театр им. Вл. Маяковского, ул. Б. Никитская, 19/13
3 September
7 p.m. / Новое Пространство. Страстной бульвар, д.12, стр.2
Касса  +7 (495) 629 37 39

Японский режиссер – о своей любви к русскому театру и о спектакле "Друзья".

10 и 11 февраля в Театре Наций состоится премьера спектакля «Друзья». Пьесу японского авангардиста Кобо Абэ поставил режиссер Мотои Миура, который подробно занимается русским театром и ставит пьесы русских драматургов. Миура со своим театром не раз приезжал на гастроли в Россию, а не так давно дебютировал здесь как режиссер, поставив спектакль «Преступление и наказание» в Большом драматическом театре в Санкт-Петербурге. О своем московском дебюте Мотои МИУРА рассказал корреспонденту «НГ» Марине ГАЙКОВИЧ.

– Мотои, насколько популярна пьеса Кобо Абэ «Друзья» в Японии? Вы уже имели с ней дело или ставите впервые?

– Лично я ставлю первый раз, но это достаточно популярная у нас пьеса.

– Что для вас в этом тексте сегодня важно, на чем вы делаете акцент в ее интерпретации?

– Мне кажется, что ключевая сцена спектакля – последняя: молодой человек принимает смерть. Ведь обычно в театре, в литературе герои умирают от какого-то события, например от болезни, или это героическая гибель, и зрители принимают смерть героя, страдают вместе с ним. Но главный персонаж «Друзей» – не супергерой, а обычный человек, у него нет яркой драматической судьбы. Он умирает непонятно зачем… И ответ должны додумать сами зрители. Если у них промелькнет мысль «а ведь эта история может случиться и со мной», то я буду рад.

– Вы много ставите Чехова. Не кажется ли вам, что герой спектакля попал в ситуацию трех сестер, которых Наташа практически выживает из дома?

– На самом деле из персонажей «Трех сестер» больше всего я люблю Наташу. Мне кажется, эта роль написана Чеховым очень талантливо. Наташа совсем не злая, даже симпатичная. Мне кажется, что она жертва. Но да, она давит на сестер. Почему так выходит? У сестер нет отца, у них не складывается личная жизнь. А Чехов дал Наташе мужа, дал родить ребенка, и получается, что этот ребенок – наследник и будущий хозяин семейного гнезда. То есть Наташа в этом смысле – победитель. Но с другой стороны, она несчастлива с Андреем, и это парадоксальная ситуация. Что касается «Друзей», то да, там «обычные» граждане добивают молодого человека, сводят его с ума: действительно, в этом плане немного похоже. Если сравнивать эти пьесы, то сестры страдают от того, что распадается семья, а в «Друзьях» вся «семья» становится носителем катастрофической угрозы. Эти люди изводят героя.

 Зачем они это делают?

– Конкретно не описывается. Это абсурдистская пьеса, возможно, ее появление обусловлено разными общественными движениями в Японии 1960–1970-х годов. Но вряд ли здесь есть политическая подоплека, наоборот, Кобо Абэ пишет с юмором, с иронией. Особенность его произведений – а тут можно назвать и «Друзей», и «Женщину в песках» – состоит в том, что герой не хочет или не может в взаимодействовать с обществом, с окружающим миром. Он одиночка.

– В спектакле участвуют 13 артистов, а на кастинг пришли 150. Сложный выбор. На что вы обращали внимание?

– Да, это был тяжелый опыт, я не ожидал, что придет так много артистов. Перед кастингом мне дали их фотографии и короткую справку, я никого из них не знал. Я вызывал артистов по три-четыре человека и просил сыграть несколько сцен. В этот момент я начинаю понимать стиль актера. У меня такая тенденция в выборе – мне нужны те артисты, которые готовы принять мой метод работы. Мне нравятся те, кто меня внимательно слушает и старается выполнять то, что я прошу. Русские артисты, это было очевидно и во время работы над «Преступлением и наказанием» в Санкт-Петербурге, привыкли к другому методу работы, чем предлагаю я. У меня так ставится спектакль: сначала я создаю правило и задаю ритм речи. Артисты ничего не понимали, но делали, как я прошу. На следующем этапе я подключаю психологическую мотивацию. То есть сначала форма, потом содержание.

– Музыкальность важна для вашего артиста?

– Да, мне очень важен ритм речи, как произносятся реплики, в этом плане музыкальность актеров очень важна. В моем театре в Киото есть несколько спектаклей, которые мы создали с одной музыкальной группой, это любопытная коллаборация. Это не просто спектакли с музыкой – я бы сказал, что мы проводим разные эксперименты взаимодействия музыки и речи.

– Расскажите, пожалуйста, о театре «Читен».

– В городе Киото у меня есть небольшая мастерская, где играет моя труппа. В репертуаре у нас около 10 названий. Раз или два раза в году нас приглашают на большую сцену, и мы выезжаем на гастроли внутри страны. Наш театр один из самых известных и популярных в своем формате. Система существования театра в Японии очень сильно отличается от российской. Это частное учреждение, но нас поддерживает правительство города, государственные фонды помогают в зарубежных гастролях.

– Какие спектакли сейчас в репертуаре?

– Чехов и Брехт, есть спектакли по японским пьесам и есть спектакли по произведениям Эльфриды Елинек, нобелевского лауреата по литературе. Мне очень нравится, как она пишет. Был в репертуаре Маяковский, «На дне», другие русские пьесы.

 Понимают ли японцы героев Чехова?

– Я думаю, что нет. Но Чехова достаточно часто ставят в классическом варианте, и многие зрители знакомы с его пьесами. Часто после премьеры бывают разные мнения: одни радуются новой интерпретации, другие кричат: «Это не Чехов!»

– Вы раскрыли для себя тайну русской души?

– Нет! На самом деле, чем больше я сотрудничаю с русскими людьми, тем меньше я понимаю русскую душу. Думаю, это происходит потому, что наши отношения становятся глубже, менее поверхностными, и мне хочется еще лучше проникнуть в эту тайну – оттого кажется, что она непостижима. С актерами мы часто говорим о том, что непонимание – это не плохо, нам просто нужно принять, что мы разные. А иногда происходит чудо, мы наконец чувствуем друг друга, и это счастье.

– Как вам работается в Театре Наций?

– Я считаю, что самое большое достоинство этого театра в том, что у него нет труппы, на каждую новую постановку артисты собираются в результате кастинга, они все равны. Я не говорю, что это идеальный вариант, театры с постоянными труппами я очень ценю. Но Евгений Миронов умеет собрать и соединить очень разных артистов, за этот талант я его очень уважаю. Здесь все относятся друг к другу с уважением и гордятся тем, что они работают в Театре Наций.

– Вы больше 20 лет приезжаете в Россию, бывали в разных городах. Что вам здесь нравится? Гуляете ли вы, ходите в музеи?

– Да, я бывал во многих городах и много что видел. Но хорошо я знаю только театральную жизнь.