Завтра
19:00 / Основная сцена
Завтра
19:00 / Новое Пространство. Страстной бульвар, д.12, стр.2
Касса  +7 (495) 629 37 39
Circo Ambulante в Театре наций Питерский авангардист Андрей Могучий дебютировал в Москве спектаклем Circo Ambulante, поставленным в Театре наций при поддержке Фонда Прохорова и платежной системы Visa. На кого похожи обитатели таинственного острова, управляемого злым Обер-кондуктором, догадалась АЛЛА ШЕНДЕРОВА.

Если коротко, то Circo Ambulante — коллаж, в котором антиутопия и политическая сатира переплетаются с бытовой драмой. Впрочем, авторы текста — ахеец (то есть один из создателей театра АХЕ) Максим Исаев и сам Могучий, именуют свое сочинение метареализмом. По словам Могучего, все началось с того, что актриса Лия Ахеджакова вдруг представилась ему Дон Кихотом. „Родился вопрос: почему женщина — и вдруг Дон Кихот? Как это увязать? Так возник цирк”,- говорит режиссер.

Действие происходит на мясокомбинате стратегического назначения, где Мария (Ахеджакова) вместе с другими работницами разделывает бычьи туши, бережно отделяя тестикулы, из которых готовят эликсир бессмертия. Эликсир — залог мощи Обер-кондуктора, который хочет сохранить навсегда не только власть, но и гладкость кожи. Тут на всякий случай поясним: речь идет о далеком вулканическом острове, жизнь которого прежде вертелась вокруг металлургического комбината, но теперь комбинат закрыт, а экология испорчена так, что по улице ходят в противогазах. Как в таких условиях править? Во-первых, скормить всех противников акулам, а во-вторых, выдвинуть национальную идею — Обер-кондуктор призывает сограждан построить в кратере вулкана цирк и превратить остров невезения в центр мировой клоунады.

Художник Максим Исаев соединил фантастический постиндустриальный пейзаж с памятными приметами советского быта. В прологе яркий цирковой занавес открывает ряд конусовидных дымящихся труб, внутри которых перерабатываются туши. В разрезах труб, вращающихся на специальных платформах, устроена захламленная квартирка Марии, где лежит ее парализованный муж Антон (Альберт Филозов), читающий вслух Сервантеса. В другой трубе — красный трон Обер-кондуктора; в третьей — шкафчики для переодевания работниц. Художник вспомнил все приметы фабричных девчонок: неряшливые трико, резиновые боты, хлопковые чулки гармошкой и прочие аксессуары, в которых нелепыми и бесформенными делаются все — от рыжеволосой примы „Театра.doc” Арины Маракулиной (роль Глории) до самой Лии Ахеджаковой, тонущей в рабочем халате. В цеху заправляет карлик Давид (Алексей Ингелевич). „Зацепка — подъемка — забой — обескровка!..” — выкрикивает он, взмахивая прутом. Слаженные движения женщин превращаются в жутковатый балет, длящийся под непрерывный бычий вой. Впрочем, кровавые туши остроумно заменены старыми пальто, из недр которых извлекают бесценные яйца — заполненные водой хирургические перчатки. В вершинах труб установлены экраны, транслирующие новости о строительстве цирка: это мультики, в которых примитивизм митьков сочетается с пафосными гекзаметрами — „На чудо созданья потрачено денег более трех триллиардов в валюте…/ В кратчайшие сроки освоены деньги”. Когда местные террористы взрывают комбинат, Обер-кондуктор, которого Александр Строев играет бритым хануриком в красной майке, орет что-то вроде: „Мой третий срок висит на волоске!” На церемонии открытия цирка облачившаяся в доспехи Дон Кихота Мария дает злодею бой. Однако гибнет не только он, но и она, и ее восставший с одра Антон. Городом уже собирается править карлик Давид, но тут начинается извержение вулкана…

Говоря об Андрее Могучем, критики часто вспоминают Кубу, где он провел несколько детских лет. Нынешний спектакль — тот случай, когда эта биографическая деталь очень важна. Дело не только в том, что действие сопровождают знойные напевы (автор звукового дизайна — DJ Pestel), из-за картонных туч сверкают тропические молнии, а герои вспоминают свою поездку на Остров свободы. Главное, что весь спектакль сделан с тем темпераментным простодушием, с каким, по воспоминаниям режиссера, кубинские зрители смотрели „Коммуниста” с Евгением Урбанским — крича „Держись!” и паля в экран. В Circo Ambulante есть эта страстная прямолинейность — спектакль очень искренен, но пока еще многословен и эстетически лохмат. Режиссер попутно ведет диалог и с „Театром.doc”, артисты которого, кстати, отлично вписались в его спектакль; и с радикальным польским театром (Ольга Лапшина в роли матери, потерявшей сына, произносит надрывный польский монолог, словно дело происходит в спектакле Кшиштофа Варликовского); и с современными художниками — по сцене, размахивая лозунгами вроде „С нами мох!”, расхаживают раздолбаи-акционисты в костюмах белых медведей.

“Ambulant” в переводе с латыни — „бродячий”, но позднее у слова возник еще один смысл — „амбулаторный”, то есть передвижной госпиталь. Словом, Circo Ambulante — та скорая цирковая помощь, которую Могучий предлагает театру и обществу, доводя сегодняшние революционные идеи до гротеска и высмеивая любой террор — пусть даже с приставкой „арт”. А уж как реагировать на по-детски пафосные, бередящие душу донкихотские призывы героини Лии Ахеджаковой — пусть каждый решает сам.